Закрыть
Brevis Brass Band отмечен в книге рекордов Гиннесса за горнолыжный спуск оркестра

Brevis Brass Band отмечен в книге рекордов Гиннесса за горнолыжный спуск оркестра

Если, спустившись в метро, вы услышали раскаты духовых инструментов, увидели ритмичный танец музыкантов и ощутили неподражаемую празднично-хулиганскую атмосферу, то, скорее всего, вы уже познакомились с группой Brevis Brass Band.

Хотите узнать о ней побольше?

Мы дадим вам такую возможность!

Слаженные движения, прекрасная музыка и — самое главное — заряд положительной энергии — все это ждет Вас на выступлении Brevis Brass Band.

В парке или метро, на концерте любимой группы или городском фестивале — где бы вы ни увидели их, это шоу надолго останется в памяти.

Нашей редакции удалось пообщаться с руководителем группы — Дмитрием Выборновым.

– Состав Вашего коллектива весьма разнообразен. Расскажите, как вы познакомились?

– Костяк команды состоит из ребят, с которыми я дружил с детства: сначала в музыкальной школе, а потом и в колледже. Разве что вузы выбрали разные, поэтому некоторое время не играли вместе. Зато общались, а теперь снова сошлись в профессии. Двух-трех человек я подбирал уже отдельно. Грубо говоря, пять человек представляют костяк, и к ним прибавилась пара «своих» людей. Уже несколько лет у нас постоянный состав.

– А откуда пошло название: Brass Band — духовой оркестр, а Brevis?

– Не совсем так. Brevis в переводе с итальянского — самая длинная нота. А Brass Band — это не просто духовой оркестр. Это Brass «банда». То, что делаем мы, кардинально отличается от представлений о духовых оркестрах.

Представьте себе обычную группу: гитара, клавиши, вокал.

У нас то же самое, только на духовых.

У оркестра же другие цели и репертуар, он ассоциируется с 9 Мая. То, что делаем мы, – это всегда шоу и прокачка зала. Оркестр не сможет заставить людей танцевать. Танцы — это принципиальная вещь. Мы стараемся делать так, чтобы люди прокачивались и не могли устоять на месте. У нас это получается. Оркестр, по идее, начинается от 12 человек. Нас семеро, и мы стараемся делать шоу.

– Ваша группа знаменита не только непосредственно музыкой, но и крайне интересной подачей. Сложно сочетать исполнение с хореографией?

– Да, очень сложно. На своих репетициях мы пробуем разные движения, чтобы это не мешало дыханию. Когда ты, допустим, сгибаешься или разворачиваешься, это влияет на легкие. Иначе говоря, у нас специальная техника, чтобы хватало дыхания.

– А как появляются движения: вы их ищете или придумываете сами?

– Нет, мы не ищем, они рождаются, в основном когда ты выступаешь. Мы играем, танцуем и замечаем, что нам удобно делать. У каждого есть в запасе какие-то мысли и движения. Все рождается по ходу.

– Мы знаем, что вы известны не только в России, но и за рубежом. Где вам легче выступать, может, в каких-либо странах люди более отзывчивые?

– По-разному. Все зависит от конкретного мероприятия. В Москве нас люди знают больше, чем в других городах. Они к нам по-другому относятся. К примеру, могут просто подойти и поздороваться. Но нет такого, чтобы кто-то любил или не любил. Завтра полетим в Европу. Мы никогда не играли на улице той же Германии, посмотрим, как это будет.

– Будете продолжать играть уличную музыку за границей?

– Попробуем. Дело в том, что, когда группу заказывают, даже в Европу, все знают, что от нее ожидать. А тут другая культура, другая страна, неизвестно, какая будет реакция. В начале девяностых и до двухтысячных в Германии было мало русских, туда ездили зарабатывать музыканты. Сейчас в Германии их стало больше, и мы не знаем, как нас примут. То есть дело не в деньгах, а именно в реакции. Но из Германии периодически пишут.

– А были какие-либо особо запоминающиеся случаи на выступлениях?

– Да. Как правило, это выступления, когда очень много людей. Например, так было с группой Ленинград. К ним приходят на концерты от 4–5 тысяч человек и больше, до 45, как это было в Москве. Подобное не может не запомниться. После последнего звука в композиции тебя накрывает взрыв эмоций и аплодисментов.

Еще очень запомнилась Вологда. Летом был День города, и мы выступали перед «МBAND» – хедлайнерами. Несмотря на то, что практически 80 процентов зрителей пришли именно на них (очень много людей стояло с плакатами), вся заполненная центральная площадь – где-то тысяч 20 человек — взрывалась аплодисментами и криками после каждого нашего выступления.

– То есть главное для вас — отдача зрителей?

– Конечно. Артист только ради этого и работает. Даже не ради денег. Они не приносят такого удовлетворения, как человеческие эмоции.

Ты можешь играть очень хорошо или плохо, тебя могут заказывать, но это не приносит удовольствия. Удовольствие — доставлять людям удовольствие.

 

– Вы выступали и на сцене, и в парке, и в метро. Так что у вас в фаворитах?

– Нам больше нравится играть там, где мы никуда не спешим. Это парки и метро. Из них, конечно, выигрывает парк. Во-первых, на открытом воздухе, среди деревьев, мы лучше звучим по природе духовых. Во-вторых, люди идут гулять, у них, как минимум, нормальное настроение.

Метро — очень специфическая площадка. Я бы даже сказал — агрессивная среда. Там очень громко: мраморные стены отражают звук. Поначалу люди жаловались, в том числе и работники метро.

Но сейчас все привыкли, наоборот, подходят фотографироваться. И люди в метро спешат, им не до музыки. Но если ты их останавливаешь, значит, стопроцентно зацепил.

– Ваша группа отмечена в книге рекордов Гиннесса за горнолыжный спуск оркестра. Сложно было решиться на такой подвиг?

– Не скажу за всех ребят, но я сразу понял, что это нам надо. До этого в мире такого никто не делал. И из нас никто ни разу не вставал на горные лыжи. Ни разу! Вернее, я-то раньше ездил на лыжах, участвовал в соревнованиях, и мне это было знакомо. А ребята не ездили, и нам показалось, что будет прикольно попробовать. Во-первых, отдохнуть в Сочи, во-вторых, бесплатно кататься на лыжах. Но, конечно, за это ты должен «не ударить в снег лицом». И, вы знаете, получилось. За неделю тренировок, может, было случая два, когда человек падал. Но у нас были очень хорошие инструкторы, мы целыми днями катались. И никто не упал во время спуска. Это было удивительно. Люди реально собрались. Все поняли, что это нам надо. И просто сделали дело. А ведь это не просто лыжи, где ты едешь, а скоростной спуск… Но глаза боятся, а руки делают.

– Нашим читателям известно, что вы сотрудничаете с группой Ленинград. Легко ли с ними общаться или ваши контакты сведены к минимуму?

– Сейчас мы общаемся хорошо. Созваниваемся, у нас намечен тур до конца года, встречаемся на корпоративах. Но поначалу было сложно. Ребята из «Ленинграда» не понимали, откуда и для чего мы взялись. Они взрослые, мы помладше, динамичные. Поначалу была ревность. Представьте себе: двадцать лет ездить одним составом, жить вместе, все делать вместе — это не просто семья, родные люди. Там состав не меняется, многие дружат. И вот приезжают молодые непонятные ребята и на что-то, скорее всего, претендуют. У любого нормального человека могла закрасться нотка недоверия или ревности. Но в итоге мы притерлись, они поняли, что мы ни на что не претендуем. Нам просто очень нравится «Ленинград». И сейчас в общении уже все наладилось.

– У вас много их песен в репертуаре?

– Да, появилось много. Дело в том, что нам очень нравится их репертуар. Еще во время учебы в колледже мы записывали все песни подряд, каждый их альбом играли просто так, например, на улице. Потому что нам нравилось. Сейчас это переросло в другое качество, мы по-другому стали видеть их музыку. Не играем их репертуар один в один, а делаем свой на их песни.

– Есть ли еще коллективы, с которыми вы бы хотели работать?

– Коллективы, конечно же, есть, и чем они известнее, тем больше у нас желания работать. Мы бы очень хотели сотрудничать, например, с «Би-2», может, с каким-либо мировым симфоническим оркестром. Планов и идей много. Нам просто нравится энергия, которой делится «Ленинград», атмосфера праздника на концерте. Мы все время танцуем. Несмотря на то, что постоянно с ними выступаем, знаем их песни и не первый раз были на их концерте. Все равно уходим за сцену и танцуем. Не знаю, кто бы еще мог сделать такое.

– Это в России, а за рубежом?

– За рубежом… Может быть, Bruno Mars.

– А касательно других планов?

– В планах мы сейчас хотим заключить контракт с одной очень известной фирмой по поставке звука. Компания «Shure». Она мировая и предоставляет оборудование только для самых известных исполнителей. Это, конечно, очень дорого. Когда мы решили им написать, даже не думали, что они обратят на нас внимание и захотят сотрудничать. А сейчас планируем заключить контракт на год. И это значит, что нашу команду не просто знают, а воспринимают как уровень. Еще мы планируем сделать большой сольный концерт, пригласить кучу звезд 9 декабря. На данный момент выбираем площадку.

Что же, нам остается лишь пожелать ребятам успехов в творческом пути и исполнения всех планов.

 

Автор: Надежда Фомичева

Фото из личного архива группы.

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть